Актуальная повестка сжата в семидневную программу: в Армении стартовал XXI международный кинофестиваль «Золотой абрикос»
![](https://collab.am/wp-content/uploads/2024/07/img_0039-978x652.jpeg)
Более 30-ти игровых и документальных фильмов, четыре программы, несколько сборников короткометражек и ретроспективные показы: в Ереване стартовал XXI международный кинофестиваль «Золотой абрикос».
Впервые он появился в 2004-ом благодаря трем любителям синематографа — кинорежиссеру Арутюну Хачатряну, кинокритикам Микаэлу Стамболцяну и Сюзанне Арутюнян.
«Золотой абрикос» помогает наводить мосты и вести диалог между различными культурами. Там приветствует фильмы различных этнических групп, религий и наций, которые показывают повседневную жизнь как обычных, так и неординарных людей, их беды и радости.
В текущем году фестиваль усилил свой национальный характер — на церемонии открытия традиционную красную дорожку заменили на ковры, сделанные руками местных мастеров по дизайну художника Давида Кочунца.
Каковы секреты отбора фильмов? Что нового зрителям предложит XXI фестиваль? И в чем уникальность армянского кино? С Кареном Аветисяном — директором и художественным руководителем «Золотого абрикоса» мы поговорили о его истории, миссии и задачах.
Что изменилось с первых лет проведения фестиваля?
— Многое. 20 лет — немалый срок. Но, с другой стороны, с точки зрения возрастной категории фестивалей — он молодой. Самые большие, которые в первую очередь придут в голову читателям, имеют 50-70-летнюю историю. Каннский — 77, Венецианский еще старше.
Между тем, «Золотой абрикос» — одна из уникальных культурных институций, которые были основаны в период независимой Армении и имели беспрерывную продолжительность. Даже в годы войны и коронавируса он проводился, хоть и в маленьком формате. В основном, фокус держался на фильмах военной тематики и нашего противостояния (прим. ред. — 44-дневная война 2020-го года).
Фестиваль проводился всегда, международную конкурсную программу жюри смотрело онлайн. Единственное, чего не хватало — живого зрителя и гостей. Зрители в каком-то количестве присутствовали, потому что в Армении в тот период был не так строг локдаун, но международные гости не приезжали.
За последние пять лет изменились некоторые программы. Сейчас фестиваль больше настроен на региональный контекст. Есть у нас конкурсная программа, которой мы очень гордимся. В ней представлены 19 стран Передней Азии — от Египта до Катара, включая непосредственно Южный Кавказ и ближневосточные страны.
Мы считаем, что этот регион слабо представлен на международной фестивальной карте. И хотим участие стран Передней Азии развивать. Это большая задача, для этого нужны годы, но процесс начался.
Фестиваль проводился даже в годы войны и коронавируса
Темы фестиваля ежегодно меняются в зависимости от их актуальности. А что касается тематики представленных фильмов?
— Такова вообще природа фестиваля. И не только нашего. Нужно представить текущий год. И не только в хронологическом плане, но и в контекстуальном, и в содержательном. Это возможность в течение 5 или 7 дней посмотреть большое количество кино, которое не просто формально было снято за 2023 или 2024 годы, но и олицетворяет то, чем живет и волнуется мир. Вся актуальная повестка сжата в семидневную программу. Держим руку на пульсе, вот такая цель.
Почему фестиваль проводится именно в июле?
— Исторически так сложилось. Есть международный фестивальный календарь, с которым это тоже сочетается. Например, Канны заканчиваются и начинается какой-то другой. Невозможно подстраиваться, есть сотни фестивалей, и, по возможности все стараются совмещать так, чтобы не мешать: очень много гостей с одного фестиваля едут на другой.
Плюс это лето, немного жарче обычного, но погода, в любом случае, приятнее, чем, например, февраль. Климат тоже играет огромную роль. Вот проводят Тбилисский кинофестиваль и есть еще аналогичный в Батуми. Последний по атмосфере лучше, потому что на море проводится.
Из каких стран приезжают участники на фестиваль? И по каким критериям выбираются ленты для участия в конкурсной программе?
— Тысячи фильмов от сотни стран, а критерием отбора является художественная составляющая. И только она.
А из Турции бывают запросы?
— Постоянно, потому что кинематографическая Турция, креативная часть страны, более настроена на контактный диалог. В основном, это оппозиционные деятели, которые сами страдают от эрдогановской цензуры. Многие из кинематографистов, которые приезжали в Армению, сейчас сидят либо в тюрьмах, либо находятся в эмиграции.
Эмоционально для нашего зрителя восприятие турецкого фильма, вне зависимости от контекста, мнения автора и всего остального, имеет сильное негативное отторжение. После 2020-го года на фестивале не было турецких фильмов, но диалог с антитоталитарной Турцией рано или поздно будет возобновлен.
Вы работали со своими коллегами из Турции вне фестиваля?
— Конечно, на международных кинофестивалях мы часто встречаемся, обсуждаем какие-то проблемы и, в основном, наши мнения совпадают. В Турции большое количество людей, которые против того, что происходит внутри страны.
После 2020-го года на фестивале не было турецких фильмов
Теперь вопрос, который Вам задает, наверное, абсолютно каждый. «Золотой абрикос» — откуда взято название? Почему золотой, почему именно абрикос, а не гранат?
— Абрикос более исконно армянский символ, чем гранат. Даже его латинская этимология больше причастна к Армении. Почему золотой? В фестивальном мире многие награды золотые: лев, медведь, пальма, ветвь, леопард.
Армянское кино. Какое оно? Наверняка большая часть заявок поступает от начинающих местных режиссеров.
— Ну, столько фильмов просто арифметически не снимается, чтобы это стало основной частью заявок. Но, да, практически все, что снимается в арт-кино, не в коммерческом мейнстриме. Есть большие позитивные сдвиги как в количественном, так и в качественном аспекте.
В этом году, например, у нас больше 20, если не ошибаюсь, фильмов, включая короткометражное кино. Они все проходили художественный отбор, и некое количество не попало на показ. Это довольно горестно для автора фильма, но это важная часть фестиваля, что не все проходит.
Когда говорят про армянское кино, упоминают, что снимается небольшое количество исторических фильмов при довольно богатой истории и культуре. Кроме того, у нас всегда герой умирает — он должен пожертвовать собой. Развейте мифы или это все же горькая правда?
— Что касается исторического кино. Во-первых, это частично зависит от того, что оно требует большего бюджета, чем авторское камерное кино, которое можно снять за меньшие деньги.
Что касается смерти героя, то, на мой взгляд, это абсолютно не армянская специфика. Начиная с античной литературы, сама «драматургия драмы» построена на смерти. Это большой и вечный сюжет, который является ее неотъемлемой частью. Кроме того, авторское кино, как правило, изучает эту драматическую составляющую жизни, поэтому там мало радостного, как и в мире вообще.
Фестиваль — это «перекресток культур и цивилизаций». Что было заложено в эту фразу?
— Армения географически и исторически находится на стыке восточной и западной цивилизаций и культур. Исторически это было для нас трагическим фактом, потому что много войн и много горестного случилось. Но, в плане культуры, мы пытаемся это трансформировать в ценность. Это сталкивание может быть диалогом и чем-то, что обогащает, а не уничтожает.
Армения имеет мотивы и западной, и восточной культур. Сложно примкнуть к какой-либо одной. И это то, что «между» — может быть большим преимуществом. Мы можем взять хорошее и с востока, и с запада.
А что вы предполагали, когда, описывая фестиваль, называли его «менее масштабным, но более интимным»? В чем проявляется эта интимность?
— Вообще масштабность зависит от бюджета. Мы не имеем тех бюджетов, которые есть у больших фестивалей. Но, в рамках малого бюджета создается теплая атмосфера, где больше живого контакта.
Такое не часто встречается на больших фестивалях, они более протокольные и строгие. У нас все со всеми встречаются, это живое общение, что создает какую-то «изюминку», весьма важную для нас.
В рамках малого бюджета создается теплая атмосфера, где больше живого контакта
В такой атмосфере, наверняка, создаются коллаборации?
— Конечно, коллаборации тоже. Знакомство, разговоры и живое общение — это неотъемлемая часть фестиваля, где встречаются не только люди с кино, но и люди друг с другом.
Традиционная красная дорожка была в этом году сменена на ковры по дизайну художника Давида Кочунца. Почему?
— В концептуальном смысле мы решили отказаться от красного ковра, который имеет большой фестивальный символ. У нас очень много талантливых современных дизайнеров и художников, и Армения исторически имела большую традицию ковроткачества. Эти традиции были очень сильны в тех регионах Армении, которые сейчас находятся в уязвимом состоянии.
Армянский Юг и Арцах — исторически центры ковроткачества. Дизайн и концепция создана современными авторами, но технология сохраняется и делается исконно в тех же местах. Идея в том, что как каждый год постер меняется, так можно делать и ковры, предназначенные именно для фестиваля текущего года. AHA коллектив, а также замечательный художник Давид Кочунц создали концепцию ковров.
Как армянские коллеги и как иностранные коллеги отреагировали на подобную реформу?
— Пока не очень понятно. Нужны годы, чтобы она из эксперимента выросла в традицию.
«Золотой абрикос 2024» посвящен, в том числе, столетиям Параджанова и Азнавура. Какие конкретно мероприятия посвящены юбилеям этих великих армян?
— Уже в нашем постере в коллажной форме автором Тиграном Абалбашяном соединены два этих выдающихся мастера, которых связывает на самом деле не очень многое. Но, поскольку мы продолжаем концепцию «перекрестка культуры и цивилизаций», где, если не на фестивале, они могут «встретиться». Это такая большая встреча двух столетий, двух больших армян.
Проведем несколько мероприятий. Это просмотр фотографий с бэкстейджа фильма «Ашик-Кериб». Заявлены музыкальные и междисциплинарные перформансы, где с помощью экспериментальной электронной музыки обыграют мотивы Параджанова и Азнавура. И мы планируем в конце года выпустить такой limited edition винил из музыкальных перформансов, одна часть которых будет посвящена Параджанову, вторая Азнавуру.
«Золотой абрикос» продлится до 14 июля. Мероприятия проводятся в Доме Кино, кинотеатре «Москва», Русско-Армянском университете. Следите за расписанием на сайте фестиваля.
Фото: пресс-служба кинофестиваля «Золотой абрикос»