«Научиться любить страну через искусство» — творческий кооператив «МЫ»
![](https://collab.am/wp-content/uploads/2024/06/img_7513-978x652.jpg)
Этому художественному кооперативу — да, бывают и такие — нет даже года. Однако «МЫ» уже прочно зарекомендовал себя в Ереване. Помимо уроков и мастер-классов, девушки мечтают создать вокруг себя творческое комьюнити и открыты к коллаборациям.
Летом 2023 года три московские художницы Яся, Лиля и Даша основали проект, который помогает и детям, и взрослым лучше познакомиться с армянской культурой, отдохнуть от быстрого ритма жизни и открыть в себе новые стороны.
Почему важно посещать музеи неформально, чем отличается художественный кооператив от обычных уроков рисования и как искать вдохновение буквально во всем — расскажем в нашем интервью.
Расскажите про ваш проект — с чего он начинался, какая у него концепция, и почему он именуется кооперативом?
Лиля: Наш проект под своим нынешним именем появился уже в Армении. Когда все трое из нас приехали, мы поняли, что теперь можем делать что-то свое, взяв с собой багаж нашего предыдущего опыта. Почему кооператив? Потому это одна из форм горизонтальной самоорганизации, где все участники равнозначны и нет вертикали. Поэтому мы выбрали именно это слово.
Ярослава: А еще мы играли с словами. Нам нравится, как это звучит. «Кооператив» — классно и не заезжено. У нашего коллектива достаточно интересная история. Лиля изначально училась в нашем прошлом проекте и работала с многими художниками в московской мастерской, которая называется «Махловка». Даша была одним из ее преподавателей. Те отношения мы переросли, перебрались сюда, и так образовался наш кооператив здесь, в Армении.
Даша: Мы все оказались в абсолютно новых обстоятельствах и в новом мире. Так что нам захотелось придумать что-то интересное, чтобы это не было только образовательным проектом. «Кооператив», мне кажется, может означать что-то большее, чем просто образовательное. Там можно и себя как художника представить, и не работать с позиции «преподаватель-ученик», а делать что-то вместе с людьми.
Ярослава: Мы, в первую очередь, профессиональные художники, и нам интересно не просто преподавать людям, но и обмениваться опытом друг с другом. Хотелось бы создать вокруг себя комьюнити творческих людей, которые могут впитывать новые знания и навыки, пропускать через себя и создавать на их основе что-то оригинальное.
Мы, в первую очередь, профессиональные художники, и нам интересно не просто преподавать людям, но и обмениваться опытом друг с другом
Если посмотреть на ваши проекты, у вас достаточно давно появились занятия, связанные с армянской культурой. Расскажите, пожалуйста, подробнее о них.
Ярослава: Когда мы придумывали наш проект, мы четко прописали цель, о чем мы вообще хотим делать мастер-классы и курсы, как мы это видим, в каких цветах и так далее. Среди названий у нас были и те, которые связаны с местной культурой. Например, один из вариантов был «ачуч-пачуч» — это армянские сказочные существа, вроде гномов.
Армянская культура действительно невероятно богатая, древнейшая и интересная. К тому же, поскольку мы здесь живем, нам, естественно, очень важно понять людей, их историю, почему они нас хорошо приняли, почему думают так, а не иначе. Хочется понять дружелюбие и тот социальный контекст, в котором живут люди. Через искусство это можно нащупать таким же, как и мы, прибывшим сюда недавно.
Лиля: На самом деле, это не какой-то новый метод. Мы с детства знакомимся с другими странами через их культуру, начинаем со сказок, образов, цветов. Через язык погрузиться в другую культуру сложно, через обычаи — тоже, этому нужно учиться. А через культуру вообще — да, и это очень классно, чтобы почувствовать себя причастным и начать понимать, как живут люди вокруг тебя.
Переходим к следующему вопросу. Как устроены мастер-классы? Отличаются ли детские и взрослые занятия?
Ярослава: На занятии мы задаем только вектор — основную идею. Она приобретает форму на уроке. Еще важно сказать, что мы никогда не создаем повторяющийся паттерн. Мастер-класс на какую-то тематику, и мы от всех хотим одну картинку — такого не бывает. Нам интересно рассказать что-то о теме занятия, что в ее основе, какие образы и идеи.
Результат занятия — результат диалога, то, как участники процесса это поняли. Мы всегда готовы к любым поворотам, а иногда они бывают весьма оригинальные. Даже нам, художникам с большим опытом какие-то решения не пришли в голову, а кому-то в процессе пришло. Несколько раз на моих занятиях дети придумывали прикольный метод в процессе, и я на следующих занятиях его рассказывала другим ученикам.
Даша: В занятиях со взрослыми это можно увидеть довольно часто. В отличие от детей, они зажаты, и их нужно раскрепощать, раскрывать. Тогда они практически начинают сиять, говорят, что они теперь по-другому видят мир, знают, как приводить себя в порядок, организовать свои чувства и мысли. Очень приятно наблюдать, что ты поспособствовал этому раскрытию.
Ярослава: Кстати, в ЛАНе у нас были некоторые ученики, которые первый раз позволили себе сходить на творческий мастер-класс. У Даши как-то прошло занятие с девушкой, и сначала она очень стеснялась и не знала, что делать, но затем перестала бояться. Правда, иногда и преподаватель сначала чуть отстраняется от взрослых, потому что с детьми на контакт идти проще.
Даша: Да, дети всегда знают, что делать — это правда так. Взрослых, чаще всего, нужно убеждать, что все правильно, хорошо, так можно и нужно делать. Они очень боятся ошибиться.
Ярослава: Да, им нужен всегда настойчивый проводник, человек, который не боится экспериментировать, потому что они себе боятся позволить. Взрослые решают кучу своих проблем, но мироощущение, особенно через творчество, многие не выражают, просто не находят на это время. А когда они все-таки начинают это делать на занятии, то чувствуют, как мне сказали, какое-то невероятное озарение.
Даша: Каждый раз это ужасно приятно — я думаю, тогда наша цель достигнута, когда у человека появляются озарение и какие-то новые идеи.
У вас есть очень интересный формат, например, поход в музей, и потом мастер-класс по мотивам этого похода.
Ярослава: Да, мы делаем такие культпоходы два раза в месяц. Сначала ходили в музей истории Армении, на площади Республики, и изучали там ковры. Это действительно очень интересный формат, потому что современный мир достаточно быстрый. Дети видят, что мы все время сидим в телефонах, планшетах, и они тоже, естественно.
И это детство отличается от нашего — у нас были моменты замедления, когда удавалось посмотреть, как летает бабочка, потрогать дерево, в школе время тянулось ужасно медленно. Зато современные дети включены в мега быстрый поток с ранних лет.
Музей — отличное средство замедлиться, это комплексное, интересное погружение. Мы идем изучать определенную грань культуры. В художественном — это полотна, скульптуры, в историческом — старые предметы и так далее. Мы заранее обсуждаем с детьми и родителями, как себя нужно вести в музее.
Взрослым очень важно дать понять, что детей с малых лет не страшно водить в музей, что это полезно, классно адаптирует их и учит быть внимательным к деталям вокруг.
Как строится наш поход? Дети приходят в музей и делают там зарисовки в блокнотах. Я им рассказываю, что они художники-исследователи. Ребята учатся процессу пропускания через себя важных деталей. Ведь даже мельчайшие из них могут иметь смысл. Нам хочется научить этому мастерству больше людей.
Приходя в музей, дети ходят по нему неформально, везде лежат, сидят, и, конечно, дико от этого кайфуют, потому что они могут рисовать на полу и их никто не ругает. После музея мы немножко переключаемся на прогулку.
Внутри они запоминали, изучали, очень скрупулезно зарисовывали, поэтому потом нужно сделать что-то другое. Поэтому после мы не спеша идем к какому-то чек-пойнту, где мы обязательно обсуждаем этот опыт. Я всегда спрашиваю, что им понравилось в музее, что не понравилось, как им вообще сегодняшний день.
Взрослым очень важно дать понять, что детей с малых лет не страшно водить в музей
Мы всегда пытаемся помочь запомнить через диалог. Я очень стремлюсь к тому, чтобы ребенок потом приходит домой и смог рассказать, чем он занимался и что узнал нового.
Это, получается, первое погружение — два с половиной часа в музее, потом доходим до какого-то местечка, где блокноты детей соединяем в один и обсуждаем, закрепляем материал. Вторая встреча — для тех, кто хочет еще больше погрузиться в эту тему. Обычно мы играем с понятиями, которые нам встречались во время похода.
Например, была тема ковров — мы посетили ковровый зал, изучили символы, цвета, геометрию, узнали про вишапы, про то, что ковры оберегали дома от злых духов. А на следующем занятии мы придумывали собственный ковер и расписывали ткань.
Еще мы ходили в зоопарк и рисовали животных с натуры, смотрели, как двигаются, какая у них пластика, как они выглядят. После этого рисовали их анатомию изнутри — дети выбирали животное, которое им было интересно.
Звучит очень круто. А какие форматы стали новыми для вас? Что из этого уже пробовали, а что только собираетесь?
Даша: Мы пробовали совместить несколько видов искусства. Мне пришла в голову эта мысль, когда я дома включила фильм Параджанова и порисовала под него. А что, если проводить мастер-классы под какие-то красивые фильмы? Это может интересно отразиться в творчестве у самых разных людей, потому что перед тобой необычный, вдохновляющий визуальный ряд.
Так мы придумали встречу, где можно было создать текстильный коллаж под фильм Параджанова, и получилось очень здорово. Вообще коллаж — это техника, которая позволяет раскрыться людям с абсолютно разными навыками и бэкграундом. Коллаж позволяет сконцентрироваться на твоей мысли, неважно, какие материалы используются. Нам очень понравилось то, что получилось, и мы хотим повторять это с разным видеорядом и разными техниками.
Из того, что только будем пробовать — это летний формат. Как с музеями, но с рисованием архитектуры и каких-то ее деталей. Меня очень вдохновляет то, как выглядит Ереван — арочки, какие-то украшения, барельефы, цвета. Так что у нас в планах ввести такое направление для более старшей группы.
Лиля: Есть экспериментальный формат, который может сделать пленэрную практику еще более интересной и сочетать два новых опыта. Это выход, состоящий из психогеографического дрейфа в городе и рисования с натуры.
Психогеографический дрейф — это метод иррационального перемещения и познания окружающего пространства и городской среды, который позволяет тебе оказаться в тех местах, куда ты не попадешь, если будешь сознательно выбирать маршрут и обдумывать его.
Мне кажется, что это очень прикольный методологический эксперимент. А для человека, который участвует — классный опыт. На самом деле, такие штуки раскручивают нас на то, чтобы видеть необычные вещи вокруг, которые мы рациональным взглядом не замечаем, не видим и туда не пойдем.
Даша: Мы уже говорили, что хотим с людьми вместе что-то делать вместе. Сделать какие-то арт-объекты, маски со взрослыми людьми, собрать участников с разным опытом, чтобы в результате был перформанс, фотопроект или арт-объект — что угодно, что связано с Арменией, Ереваном, с этим местом, в котором мы все оказались.
Как в целом происходит с вашими идеями, когда они появляются? Был ли уже какой-то крупный проект здесь?
Ярослава: Идей у нас слишком много, собственно, потому-то мы и объединились в кооператив. Мы друг друга уважаем как художники и знаем, что чувствуем искусство одинаково. Идеи бесконечно копятся, и если у нас не будет выхлопа, мы просто, мне кажется, эмоционально лопнем.
Поначалу, когда мы еще не предполагали, что появится творческий кооператив «МЫ», мы думали просто перевезти мастерскую, в которой мы работали в Москве. Провели что-то в том же формате, а потом вдохнули армянского воздуха, успокоились, и подумали, а что бы нам не делать свое?
Идеи бесконечно копятся, и если у нас не будет выхлопа, мы просто эмоционально лопнем
Даша: Мы были частью интересного проекта в Москве, а в Армении немного другая атмосфера, и мы решили создать отдельную дочернюю историю, которая будет лучше отражать место, где мы находимся.
Ярослава: Возможно, даже многие ученики думают, что мы «училки», которые проводят какие-то занятия, и все. На самом деле, «МЫ» — далеко не только это. Мы уже организовывали достаточно крупные мероприятия и оформляли пространство.
В прошлом году ресторан «Монограмм» украшали к Новому году и делали там большой арт-объект. Все заведение стало холстом для реализации наших идей. Для нас это было что-то новое, очень сложное, местами эмоционально на грани, но мы очень благодарны друг другу. Этот проект дал новый толчок и проверил нас на прочность в команде.
Лиля первая сказала, что это ее лучшая творческая реализация за год. Я абсолютно с этим согласна. У меня, в общем-то, такие же чувства.
Даша: Нас попросили оформить помещение к Новому году. Мы сказали, что стандартно украшать шарами и елочными ветками — это скучно, и предложили сделать оформление, больше напоминающее арт-объекты. Ребята согласились, и так мы реализовали все свои идеи в пространстве ресторана.
Лиля: Это была полноценная инсталляция за достаточно короткий срок.
Когда у «МЫ» день рождения, и будете ли вы отмечать следующий?
Ярослава: Хороший вопрос. Я думаю, можно отсчитывать с даты создания беседы. Тут как с людьми — в отношениях все по-разному отсчитывают время.
Лиля: Можно отсчитать от того, когда было принято название!
Ярослава: Я согласна, это не первый мастер-класс, точно.
Даша: Отмечать день рождения будем, обязательно что-то придумаем.
Ярослава: По факту, у «МЫ» даже открытия не было. Отчасти потому, что организационная часть — это для нас новый опыт. В Москве все-таки мы были в найме, несмотря на то, что к нам прислушивались. А тут мы сами по себе.
Даша: Тогда не получилось прямо открытия, но я думаю, что мы обязательно дорастем до какого-нибудь пышного дня рождения.
Лиля: Ну, считай, что создан чат непосредственно де-факто и де-юре 17 июля. Если отсчитывать от создания чата, то это вообще уже очень скоро.
Наверняка и до этого будет что-то интересное?
Ярослава: Конечно! Мастер-класс «Дети-цветы», мы создадим цветочную корону. Окончательно перейдем в летний формат — проведем культпоход в Ботанический сад, после которого займемся иллюстрацией. Еще запланировано занятие про фроттажу — это когда изображение создается из природных текстур. Другой мини-курс — в технике гетаку, там делаются отпечатки с настоящих рыб, и вообще планируем работать с образом воды.
Читайте также:
• «Арт-Квартал»: рай для творцов в интерьерах XIX века. Как сквот художников в центре Еревана стал центром притяжения современного искусства
• «Здесь можно все» — первый Центр Современного Экспериментального Искусства в Армении
• От рисового зерна до огромных стен Еревана — художник и врач Шант Карапетян
• «Стоимость моей картины зависит от того, насколько сильно я ее люблю» — художник Адам Адамян