Очевидные и малоизвестные достопримечательности Гюмри — архитектурная экскурсия с гидом Ованесом
![](https://collab.am/wp-content/uploads/2024/01/img_6228-978x652.jpg)
Гюмри неспроста называют культурной столицей Армении. Он обладает богатым архитектурным наследием, включая множество исторических зданий и улиц различных эпох. Здесь вы встретите традиционные армянские каменные дома из черного и красного туфа, а также ощутите влияние русской, советской и западноевропейской архитектуры на облик города.
Мы встретились с местным гидом Ованесом Франгуляном, чтобы пройтись по очевидным и малоизвестным достопримечательностям Гюмри.
Вы узнаете о судьбе архитектора «дома-лодки» и захотите попрыгать на досках в «скрипучем магазине», проникнитесь историей церкви Святого Спасителя, удивитесь сочетанию старой и новой архитектуры филиала «Тумо», прогуляетесь по проспекту Тиграна Меца и экзотическому австрийскому кварталу, а также узнаете на церемонии открытия какой школы присутствовал премьер-министр Великобритании.
«Дом-лодка»
С какой достопримечательности вы решили начать экскурсию? Где мы сейчас находимся?
— Мы стоим перед зданием Армянской Апостольской Церкви, где сейчас находится Ширакская епархия. На третьем этаже живет ее глава — архиепископ Микаэль Аджапагян. А на первом и втором располагается административное здание церкви.
Дом интересен тем, что у него есть народное название «лодка». Это одно из архитектурных украшений нашего города. В советское время здесь была библиотека. У строения очень интересная архитектура — не типовая, а уникальная, которая нигде не повторяется.
Изначально другое здание называлось «домом-лодкой» — оно находится с другой стороны площади и имеет как бы нос корабля в виде большого балкона. Но народ со временем сам решил, что именно это здание должно носить подобное имя.
Строение возведено по проекту выдающегося политического деятеля и архитектора Ованеса Каджазнуни. Его руке принадлежит множество зданий начала XX века в Тбилиси, Баку и Ереване. А вошел он в историю страны как первый премьер-министр Республики Армения в 1918-1919 годах.
Из его работ стоит упомянуть Собор Святого Фаддея-Варфоломея в Баку. В 1910-х годах его ввели в эксплуатацию, но в 30-х взорвали большевики.
Он был из той когорты архитекторов, которые творили еще до Александра Таманяна — искали новые формы и интересные решения, пытались встроить национальные элементы в классическую армянскую архитектуру. Наиболее ярким образом это позже удалось Таманяну и его ученикам, но Каджазнуни стал одним из первых, кто начал решать эту задачу.
Важно отметить, что «дом-лодку» спроектировал Каджазнуни, но сам архитектор не принял участие в его строительстве. Здание возвели позже, так как архитектор был деятелем армянского национального движения начала XX века и членом партии «Дашнакцутюн» — непримиримого врага коммунистов. Каджазнуни отстранили от дел, не давали работать. Архитектору приходилось перебиваться мелкими заказами.
Какая у здания история? Что здесь было до епархии?
— До землетрясения 1988 года здесь работала библиотека, а после него здание стало аварийным и долгое время пустовало.
В начале нулевых годов в городе разразился большой скандал. «Дом-лодка» должен был принадлежать библиотеке, но городские власти решили передать здание церкви. Выбор в пользу религиозного, а не образовательного объекта многим не понравился. Но случилось так, как случилось, и теперь в этом здании уже Ширакская епархия.
Епархия имеет вес в армянском обществе?
— Глава Ширакской епархии, архиепископ Микаэль Аджапагян, является одним из больших авторитетов Гюмри. Это умнейший человек, который много хорошего сделал для города. Он много лет руководит паствой и занимается духовной жизнью региона. В Гюмри его знают, уважают, любят и боятся. Не последний человек в городе.
А что было на первом этаже здания?
— За этими арками работали магазины.
А сейчас я расскажу то, что можно назвать образцом прекрасного городского фольклора. В этом магазине настелили дощатые деревянные полы, которые не очень хорошо положили. В какой-то момент доски стали ужасно скрипеть. Починить пол денег не было, и в народе помещение прозвали «скрипучий магазин».
На этом месте в разное время функционировали канцелярия и библиотека. А сейчас, когда тут уже епархия, на первом этаже расположилась маленькая церковная лавка. Полы, конечно, уже поменяли, но название «скрипящий магазин» в дань уважения народной истории оставили (прим. ред. — пару новых досок положили так, чтобы посетители могли ими скрипеть, их можно найти по изображению ступни).
Вы упомянули, что в архитектуре «дома-лодки» присутствуют национальные элементы.
— У здания ярко выраженные арки, свойственные армянской архитектуре, а также характерное сочетание черного и красного туфа. Называется этот туф красным, но, по сути, он оранжевый.
При возведении постройки использовали надгробные памятники со старого кладбища Гюмри, которое располагалось на месте центрального парка. Эти надгробья были покрыты слоем шпаклевки. Мне это рассказал главный архитектор города.
В 1930-е годы, когда шли работы по созданию Центрального парка культуры и отдыха, старое кладбище, которое уже было никому не нужно — там никого не хоронили — снесли. Чтобы не выбрасывать тесаные камни из туфа, их завезли сюда и использовали при стройке.
О каком интересном факте об этой достопримечательности обычно не говорят на экскурсиях?
— Очень мало рассказывают про гонения на архитектора Ованеса Каджазнуни. В 1937 году его арестовали, через год он умер в тюрьме.
В каком состоянии сейчас находится здание? Оно нуждается в реставрации?
— Нет, его уже отреставрировали. Приведенное в порядок здание лет 20 назад передали епархии. Сейчас оно полноценно служит городу, церкви и украшает ансамбль площади.
Церковь Святого Спасителя
Что за церковь перед нами?
— Мы стоим перед главным церковным символом Гюмри — церковью Святого Спасителя. Это самый большой храм в городе и один из крупнейших во всей Армении. Церковь Святого Спасителя стоит на центральной площади Гюмри и носит символический характер сразу по нескольким причинам.
Во-первых, это самая большая церковь на карте города. Во-вторых, она изображена на городском гербе. В-третьих, храм символичен с архитектурной точки зрения.
Сочетание черного и красного туфа очень присуще старой гюмрийской архитектурной школе. Само здание строили из черного камня, а особо важные детали подчеркивали красным. Получилась игра на контрасте. И орнаменты, и резьба по камню выполнялись именно на красном туфе.
В итоге получилось очень красивое и интересное архитектурное решение. Где бы вы ни увидели сочетание красного и черного туфа — знайте, что это придумали гюмрийские (прим. ред. — александропольские) мастера в XIX веке. С тех самых пор такое архитектурное решение распространилось по всей Армении.
Чем еще это здание интересно?
— Это здание интересно тем, что когда его решили построить после Крымской войны, глава гильдии каменщиков Фаддей Антикян (Антикенц Татевос) часто ездил в город Ани. Это древняя разрушенная столица Армянского царства Багратидов в X веке. Там до сих пор стоят руины Кафедрального собора. Так вот, мастера осматривали и изучали этот главный армянский собор X века. Вдохновившись им, они построили храм здесь.
Церковь Святого Спасителя является своего рода наследницей последнего великого армянского царства — царства Багратидов. Она создана по образу и подобию главного собора в городе Ани. Это важно.
А как церковь Святого Спасителя сохранилась после землетрясения?
— Очень хороший вопрос. Она не сохранилась. Этот храм был где-то на 70% разрушен.
В советское время он не работал в качестве церкви. В 30-е годы большевики снесли колокольню, чтобы храм не звенел. А перед зданием на лужайке построили школу, которая заслоняла собой заброшенную церковь от главной площади. Потом школу снесли, а в 60-70-х годах церковь превратили в филармонию. Она по началу пустовала. Большая заброшка была.
Потом Советский Союз прекратил свое существование, но перед этим случилось землетрясение. Церковь была разрушена. Вот с этой стороны можно увидеть линию разлома.
Городские жители не могли смириться с мыслью, что храм останется в таком состоянии. Уже во второй половине 90-х годов стали собирать пожертвования на восстановление.
На какой стадии сейчас реконструкция храма?
— Сейчас почти все готово. Еще ведутся какие-то работы в колокольне, расписываются стены. Думаю, что в текущем году полностью закончат реконструировать и введут в эксплуатацию. Здесь уже идет служба, проходят венчания, свадьбы и крещения.
Что интересного можно увидеть в самой церкви?
— Старый колокол XIX века. Большевики, когда пришли к власти, снесли колокольню, чтобы храм не звенел. Колокол упал и треснул. Конечно, в таком состоянии он не пригоден. Сейчас подвесили другой.
Сам колокол представляет собой историческую ценность. Посмотрите, на нем видна надпись «Сей колокол отлит в Москве на заводе братьев Самгиных». В Армении тогда не было литейного производства, и сейчас нет. Все колокола заказывают из России.
Когда я посещаю армянские церкви, мне на контрасте с российскими кажется, что здесь относятся к людям более терпимо. Нет такого назидания, как в РПЦ. Как будто бы здесь больше места для радости.
— Армянская Апостольская Церковь более свободно относится к внешнему виду прихожан и играет немного другую роль в жизни армянского общества.
Не хочу политизировать, но если в России это больше «министерство религии», то у нас это в большей степени отдельный от государства институт, который всегда на страже народа, традиции и культуры.
Из-за разных исторических событий церковь научилась что-то больше ценить, а на что-то не обращать внимания. Если женщина зашла в церковь без платка и в короткой юбке, то раз уж она оказалась внутри, то уже никто не может ее выгнать.
Истинно верующие, конечно же, не нарушают запреты и традиции. Но для того, чтобы людей не отталкивать от церкви, чтобы у вас не было мысли, что сегодня я хочу зайти, но у меня макияж, прическа и нет платка, поэтому я этого делать не буду — никто не станет вас прогонять. Вас могут попросить надеть платок уже в следующий раз. Логика такая: ничего не должно стоять между вашим желанием посетить церковь.
А какая репутация у этого храма? Сюда приходят с хорошим настроением крестить детей, отпевают усопших, заглядывают подумать о смысле жизни?
— Для отпевания в Гюмри есть отдельная церковь Святого Григория Просветителя или церковь Святого Знамения.
Здесь точно не будут отпевать покойников. Это главная церковь, символ города. Хотя в церковной иерархии главным храмом в Гюмри является церковь Святой Богоматери, где находится «Семистрельная» икона — там служит архиепископ.
Что касается репутации церкви Святого Спасителя, то она символизирует возрождение Гюмри, показывает как город живет и развивается. Смысл храма в том, что городские жители не смирились с мыслью, что он разрушен. Он обязательно должен быть восстановлен.
Филиал «Тумо» в Гюмри
Мы сейчас в парке Горького?
— Нет, парк называется «Горки». Это очень распространенное заблуждение даже среди гюмрийцев, что парк называется в честь писателя Максима Горького. Место отдыха расположено как бы на горке. Поэтому так и называется место.
На краю парка «Горки» находится выдающееся сооружение, в котором сейчас располагается центр креативных технологий «Тумо».
Почему это является достопримечательностью?
— Здание интересно своей смешанной эклектичной архитектурой. Сразу бросаются в глаза традиционные классические мотивы, встроенные в суперсовременный вид.
История постройки тоже очень интересная. На этом месте в начале XX века было возведено здание так называемого Народного дома.
В начале XX века уездный город Александрополь начинает жить интенсивной культурной жизнью. Власти решают на окраине парка построить в буквальном смысле дом культуры. Ничего выдающегося. Но получается так, что это здание вносит огромный вклад в армянскую культуру.
Во-первых, в нем был основан первый городской театр Александрополя. Сцена уже позволяла ставить какие-то представления. Во-вторых, именно здесь прошла премьера первой армянской оперы «Ануш» композитора Армена Тиграняна. Он сам был уроженцем Александрополя, и написал оперу по поэме Ованеса Туманяна.
Тигранян не решался представить свою работу в Тифлисе (прим. ред. — ныне Тбилиси), на тот момент в культурном центре всего Закавказья.
Поэтому премьеру было решено провести в его родном городе в 1912 году. Зрители встретили эту оперу на ура. После такого приема Тигранян уже смело начал ставить ее по всему миру.
До сих пор театральный сезон в Армении начинается с постановки «Ануш» в Театре оперы и балета в Ереване.
О чем опера?
— Неразделенная любовь сельской девушки Ануш. Она, в конце концов, умирает по законам жанра. Там много любовных перипетий.
Ованес Туманян, наш самый выдающийся писатель, народную поэму написал. На ее основании и была сделана опера «Ануш».
Таким образом, здание оказалось очень важным культурным местом.
Что случилось со зданием после прихода советской власти?
— Тогда здание переделали в полноценный городской театр. Конечно же, немного изменили и саму постройку. Уже русский архитектор Сметанникова придумала более театральный фасад с элементами классицизма. Здание увеличили по площади, и здесь проходили уже полноценные постановки. А еще тут действовал кинозал.
В 1935 году в этом здании открыли Первый кукольный театр Армении имени Степана Алиханяна. Сейчас он переехал на улицу Абовяна, но изначально был именно тут.
В советское время место стало по-настоящему культовым. Здесь советский и армянский актер Фрунзик Мкртчян посещал кружок любительского актерского мастерства. В театре служил любимый народом артист Азат Шеренц. На этой сцене ставил свои пьесы выдающийся театральный режиссер Вардан Ачемян. Кстати, эта улица названа его именем.
В позднесоветское время, когда в 70-е уже был построен Большой драматический театр Гюмри, это здание переделали в Дворец строителей.
Под этим именем здание просуществовало вплоть до землетрясения. Оно стало довольно ветхим, в неидеальном состоянии. Землетрясение, конечно же, сильно его повредило.
И во второй половине 90-х годов, бывший Дом культуры строителей был передан под региональное телевидение «ШИРАК». Ремонт тогда так и не сделали, особо тут ничего не улучшилось. Когда телекомпания закрылась, здание стало бесхозным. Более 10-ти лет оно простояло в ужасном состоянии и начало постепенно разрушаться.
Знаете, в чем было дело? И жители, и власти понимали, насколько это важное и выдающееся место для армянской культуры. Дело было в извечной проблеме Армении — отсутствии денег.
Когда образовательной центр «Тумо» захотел открыть филиал в Гюмри, городские власти предложили ему именно это здание с перспективой реконструкции. Насколько я знаю, архитекторы, инженеры и технологи тщательно изучили состояние постройки. Надо добавить, что она является памятником культуры, истории и архитектуры. Нельзя было здание трогать, но оно было в таком плачевном состоянии, что было решено сохранить только фасад, боковую стену и некоторые детали, а другую часть переделать на современный лад, чтобы передать постройку подрастающему поколению.
Так и получилось. С одной стороны, сохранилось наследие, а с другой, был возведен современный образовательный проект. Архитектура здания получилась эклектичной.
Городские жители его не очень-то и любят, если честно. Они задаются вопросом, зачем все так изменили? Но детям нравится.
Фасад театра содержал в себе греческие мотивы? Почему?
— Театр — это греческое изобретение. Да и классицизм как стиль был очень важен, особенно в 30-е годы. Фасад возвели именно во времена сталинского ампира, колоннады, высоких потолков.
К слову, современный архитектор здания родом из Ливана. Его зовут Бернард Хури. Если честно, мне нравится его проект. Получилось сочетание нового и старого.
Проспект Тиграна Меца
Где мы сейчас находимся?
— Улица, на которой мы сейчас находимся, была главным проспектом в советском Ленинакане (прим. ред. — ныне Гюмри). И, соответственно, носила сначала имя Интернационала, а потом стала проспектом Ленина. Она связывала одноименную площадь с железнодорожным вокзалом. В те времена проспект, по сути, стал образцово-показательной улицей. Сейчас он носит имя Тиграна Меца.
Дело в том, что в 1926 году в городе произошло страшное землетрясение, которое разрушило много старых построек. Эта катастрофа стала поводом для того, чтобы власти обратили внимание на второй город республики.
Они подумали так: «Ну, раз уж там все разрушилось, то давайте-ка построим на этом месте советский город». Старые районы остались нетронутыми, а чуть севернее начали строить именно советский Ленинакан. Из Тифлиса пригласили Давида Числяна. К тому моменту он уже обрусел, а его фамилия поменялась на Числиев. Он стал главным архитектором Ленинакана и начал строить, в том числе, эту улицу.
Этим двухэтажным строениям уже почти 100 лет. Они, с одной стороны, обычные дома, где до сих пор живут люди. С другой же, сильно отличаются от старой застройки. Здания представляют собой большой интерес благодаря архитектурным решениям и формам. Такая не совсем армянская архитектура.
Они состоят из нескольких квартир. По виду можно предположить, что это коттеджи, однако это — многоквартирные дома.
Раньше здесь были коммуналки?
— Нет. Здесь были полноценные квартиры. Сначала выдавались партийным деятелям, как это было принято в советские годы.
Архитектор применил несколько очень не армянских архитектурных решений. Во-первых, открытые подъезды, которые никогда армяне не делали. Хотя страна является южной и жаркой, нужно учитывать, что все-таки мы не настолько теплый край. Особенно Гюмри сто лет назад. Такое решение можно назвать спорным — все продувается и замерзает.
Это чем-то напоминает юг России.
— Тут ярко выражены восточные мотивы. Армянской архитектуре многое из этого не присуще. Например, стрельчатые окна (прим. ред. — имеют в очертании форму арки, завершающейся острым углом).
Кстати, Числиев был одним из тех архитекторов, которые подсказали Таманяну, что в строительстве можно использовать розовый туф. И он одним из первых нашел этот камень на склонах горы Арагац. Благодаря его совету Таманян построил Ереван именно из розового туфа.
Числиев использовал здесь эту горную породу даже при отделке фасадов. Туф он решил покрыть шпаклевкой, а потом еще и покрасить.
То есть это розовый туф, который просто покрасили?
— Это очень разный туф: черный, белый, бурый, пятнистый и так далее.
Архитектор не особо обращал внимание на цвет камня, потому что сверху шел слой шпаклевки с краской. Вот пример того, как выглядела кладка. Вот такой нетесаный туф.
То есть, подождите, дом покрашен только с фасадной стороны?
— Да.
В каком сейчас состоянии эти здания? Они нуждаются в реставрации?
— Эти дома особо не нуждаются в реставрации, потому что они и так пока крепкие.
Хотели бы еще что-то добавить?
— Посмотрите под ноги. Обратите внимание, что часть мостовой сделана из туфа. Была такая задумка облицевать этим камнем улицы, однако по какой-то причине от этой идеи отказались.
Не расточительно покрывать улицы туфом?
— Туфа очень много. Это как в Исландии задумываться над тем, что вода из гейзеров отапливает улицы.
Австрийский квартал
Вы меня привезли на окраину города. Где мы сейчас находимся?
— Это австрийский квартал. Место с самой необычной архитектурой для Гюмри.
Он не случайно назван, потому что его построили австрийцы в рамках помощи после землетрясения в 1988 году. Строительство инициировала Вена при содействии их компании «Рогнер». Так и началась история этого жилого района. Сначала он был предназначен для людей с ограниченными возможностями.
А как Советский Союз принял такую помощь из капиталистических стран?
— Очень хорошо!
Это был не единственный случай. Школу № 20 имени Лорда Байрона знаете, кто открывала? Маргарет Тэтчер в 1990 году!
Расскажите про особенности строительства в этом квартале.
— Приведу пример одной такой особенности.
Мы стоим сейчас перед школой Франца Верфеля (прим. ред. — австрийский поэт, романист и драматург). Для меня это тоже родное место. Я сам учился в этом учреждении. Моя мама была одним из первых педагогов здесь.
Франц Верфель, австрийский писатель еврейского происхождения, очень важен для всех армян. На основе реальных событий он написал исторический роман «Сорок дней Муса-Дага». В центре сюжета история о том, как несколько армянских сел на вершине горы Муса-Даг сопротивлялись геноциду, а потом их спасли проплывающие мимо французские военные корабли.
Эта книга была очень знаковой для евреев в нацистской Германии, для узников лагерей и жителей гетто. Они любили это произведение, искали в нем вдохновение. В книге была мысль, что можно сопротивляться геноциду. Это очень важный момент.
Дома здесь, что интересно, были возведены в начале 90-х годов. И технология строительства была, даже по сегодняшним меркам, супер передовой.
Как думаете, из чего тут стены?
Точно не из туфа.
— Никто не угадывает. Это пенопласт.
Конечно, не только он. Там еще и бетон, и прочее материалы есть, но вот пенопласт присутствует в качестве теплоизоляции.
В 90-е годы этот район был восьмым чудом света. Без преувеличения. Представьте себе: разрушенный советский город, бедность, потери. А тут стеклопакеты! Жители города просто офигевали даже от одних стеклопакетов. Никогда, нигде больше в Армении их не было. Сам тот факт, что эти окна не имели отдельных форточек, а открывались, откидываясь, вызывал непередаваемые эмоции.
А кирпичная кладка крыши в этом районе считалась прямо эталонной.
Я помню, периодически бывал тут в гостях у друзей и знакомых родителей. Меня поражала полностью стеклянная дверь гостевой комнаты. Это было вау! Как сейчас машина Tesla.
А как себя пенопласт показал в итоге?
— Очень хорошо. Качество действительно было отличное. Правда, сейчас эти коттеджи сильно поизносились. Тридцать лет прошло, но еще живут люди.
А вот из шлакоблоков часовня и маленькая колокольня. Ее местные построили.
Я не видела никогда такой колокольни, она необычная.
— Австрийцы тогда возвели другое здание под храм, но наша церковь его не приняла.
В итоге превратили строение в клуб при районе, где вечером проводились какие-то мероприятия.
Не приняла, потому что не по канонам?
— Не армянская церковь — не было алтаря.
Давайте пройдемся мимо жилых домов. Я вижу таблички на зданиях. Что это такое?
— Я помню, здесь были строки из Евангелия. Давайте посмотрим, что на этих домах.
На постройку квартала деньги собирались со всей Австрии. Разные компании открывали счета, и люди жертвовали удобную сумму на помощь. Поэтому на всех домиках австрийского квартала можно увидеть таблички с именами организаций, которые проспонсировали постройку каждого коттеджа. Тут и читатели газеты «Штандарт», и слушатели радио, и много других имен и организаций.
Табличка на здании отсылает к Бургертеатру — придворному театру в венском Хофбурге.
А на этом доме написано «Слушатели третьей австрийской радиостанции». Такая вот связь с Австрией.
Здесь летом, наверное, интереснее?
— Ну, летом везде поинтереснее, да.
Но все равно, даже летом изменение местными жителями облика домов и неухоженность территории бросаются в глаза.
Сейчас это хороший пример того, как классный замысел можно испортить — возвести пристройку к дому, покрасить строение в невнятный цвет, декорировать искусственной кладкой.
Сейчас этот район можно назвать престижным?
— Австрийский квартал находится вдали от инфраструктурных проектов. Здесь маленькая школа, которая вмещает ограниченное количество учеников. Время этого района уже прошло.
Читайте также:
• Обделенные туристами. Тайны Гегаркуника: труднодоступные Хамши ванк и Белая крепость
• Виртуальное путешествие по «неоткрыточным» красотам с турбюро Urban Armenia
• Ластивер — маршрут для отдыха и экстрима на лоне природы
• Армянские пирамиды и восхитительные виды. Однодневный поход в Араратскую область
• Монастыри, пещеры, ущелья, караван-сарай и водопад — однодневное путешествие в Вайоц Дзор
• Гутанасар — потухший вулкан неподалеку от Еревана
• Горис — Хндзореск: выходные в пещерном городе